Nesterov-city

Шел сентябрь 1941 года. Жители поселка Ивановка, что в Бежицком районе Брянской области, трудились на колхозном поле — убирали картофель. Урожай выдался отменный. Огромные горы крупных спелых клубней сушились на солнышке, дожидаясь своего часа для уборки в бурты. Вдруг послышался какой-то гул, а через некоторое время на проселочной дороге показалась колонна немецких мотоциклистов...

В ту пору Наде (Надежде Васильевне Устюжаниной) было 10 лет. Вот что она вспоминает: «Наше село было большое и по территории не меньше, чем город, в котором я сейчас живу. Село располагалось в нескольких километрах от Брянска, поблизости еще один крупный город Бежица. (Для справки. Оба они составляли единый экономический комплекс. В 1941 году в Брянске действовало 160 промышленных предприятий, в Бежице — 70. Здесь находились крупнейшие в Советском Союзе заводы: паровозостроительные «Красный Профинтерн», вагоностроительный им. М.С. Урицкого, Бежицкий сталелитейный. Ежегодно заводы этих двух городов давали около 150 паровозов, 3 тысячи большегрузных вагонов, свыше 4 тысяч платформ, около 2,5 тыс. цистерн.)

Многие мои односельчане жили в достатке, и наша семья тоже не знала нужды. Отец работал на сталелитейном заводе, хорошо зарабатывал. Там же трудилась и его сестра — тетя Шура. Отец был знаменитым сталелитейщиком, его фотография постоянно висела на Доске почета завода. Мама по дому хлопотала, нас, четверых дочек (пятый — братишка — родится в марте 1942 года), воспитывала. Держали мы большое хозяйство: корову, лошадь, кур.

За несколько дней до прихода фашистов в село разрозненные советские войска укрылись в находящихся поблизости Брянских лесах, ставших впоследствии одним из крупнейших районов партизанского движения. А в тот сентябрьский день, когда на проселочной дороге появились немецкие мотоциклисты, всё в жизни вмиг переменилось. Отец со смены так и не вернулся, и попрощаться с родными не смог. Почти всех военнообязанных мужчин с завода срочно призвали на пункты сбора и тут же направляли в воинские части, а потом — на фронт. На войне отец пропал без вести. Где похоронен родной человек, мы, дети, до сих пор не знаем.

Фашисты в селе хозяйничали. Из местных выбрали старосту. Тот по домам стал ходить и требовать, чтобы новым хозяевам подчинялись, обеспечивали их продуктами — картошкой, яйцами, молоком, мясом. Неподалеку от нашей Ивановки немцы оборудовали концлагерь, обнеся его колючей проволокой. Вот туда, летом 1942 года, под дулами автоматов согнали многих односельчан, в том числе и нашу семью, а дома, в которых мы жили, облив бензином, сожгли. До сих пор помню, что ярче всех горела наша большая усадьба.

В концлагере кормили впроголодь, маму отправили на тяжелую работу — возить землю. В первые же дни нахождения в лагере к нашей семье прибился мальчишка лет 15-ти, сын моей учительницы Александры Ивановны. Оказывается, его маму незадолго до этого схоронили. Он с нами в лагере был до последних дней.

В сентябре 1943 года началась наступательная операция Брянского фронта. Фашисты ожесточенно сопротивлялись: предусмотрительно подготовили оборонительные рубежи, взорвали мост через реку Десна, заминировали многие объекты. Отступая, они нами, пленными, при-крывались как живым щитом. Наша авиация бомбила отходившие колонны противника, в одной из которых шли мы. После очередной разорвавшейся поблизости бомбы люди бросились врассыпную. Побежали и мы по какому-то полю. Немцы вдогонку стреляли, но уже ничто нас не могло ос-тановить. Добежали до полуразрушенного дома — без окон и дверей. А была осень, дул холодный ветер. Но этот дом для нашей семьи стал пристанищем на несколько лет. Шел 1947 год. Одна из соседок, завидев нашу маму, сказала ей, что сейчас ведется вербовка людей в новую Калининградскую область, особенно нужны строители. Обещают там и жильем обеспечить, и материальную помощь оказать.

Выбирать было не из чего, мы решились на переезд. Тем более у мамы была строительная специальность. Поначалу и мы, старшие сестры, работали на стройке. Потом я пошла учиться в торгово-кооператив-ную школу г. Советска, окончив которую, устроилась работать в промтоварный магазин (сейчас там размещается ОВД). Помню, тогдашний председатель райпо Марголин, взяв меня за руку, завел в тот магазин исказал продавцам: «Вот вам еще одна кукла». Там, действительно, кроме галантерейных и прочих товаров, много игрушек продавалось. Со своим будущим мужем Аркадием, в Великую Отечественную служившим десантником, познакомилась в 54-м году. Зачастил он в магазин, где я работала. Каждый день приходил. Добился-таки своего. Спустя два года поженились.

Мы вырастили двоих детей. Дочь Галина с мужем и тремя сыновьями живет в Донецкой области, семья сына Сергея, в которой растет замечательный внук Артем, — в Нестерове.

В общей сложности в потребкооперации я проработала 30 лет, потом устроилась на маслосырзавод приемщиком молока. Общий мой трудовой стаж — более 40 лет».

Многолетний добросовестный труд Надежды Васильевны Устюжаниной оценен по достоинству. Она имеет звание «Ветеран труда», значок «Отличник советской потребительской кооперации», целый комплект юбилейных медалей, множество Почетных грамот и благодарностей.

Н. НИКОЛАЕВА.